Глава 2777 Свиток Гуи такой красный и красочный, почему его следует прогнать?
Фэн Цзыин так и не вернулась в особняк Фэн с тех пор, как ее «похитили» воины, и она покинула дом той ночью.
Ни одна из женщин семьи Фэн не смогла увидеть Фэн Цзыин. В последующие дни они могли получать информацию по разным каналам, например, через газету «Сегодняшние новости», например, от Фэн Ю, Жуйсян Баосян и третьей сестры Ю. Новости о ее муже можно было услышать только понаслышке.
Они также знают, что сейчас самый критический момент, и мужа нельзя отвлекать от распоряжений о воинах, выбора кабинета новой династии и восьми министерских прокуратур, от планирования основных направлений политики новой династии до организации различных конкретных мер. В это деликатное и неопределенное время любая незначительная ошибка может иметь неизмеримые последствия, поэтому все они молчали, даже не выходя из двери, спокойно ожидая, пока уляжется вся пыль.
В течение следующего периода времени в столице бушевали бури и волнения, приходили всевозможные новости, которые одна за другой заставляли людей либо волноваться, либо восторгаться, либо бояться, либо беспокоиться, например, благоприятные события, крики и игры. , такое ослепительное событие, все это тревожило сердца всех в особняке Фэн.
Когда Фэн Цзыин вышла из особняка Фэн, сердца всех женщин в особняке Фэн были встревожены.
Когда новости из дворца Фэнтянь подтвердились, удар был слишком сильным для женщин, особенно после того, как Санджи Ю была нанята для ночевки во дворце Фэнтянь в качестве личной охранницы, у нее почти не было времени вернуться. Время от времени я возвращался время от времени, и я заходил днем, быстро говорил несколько слов и затем уходил, что добавляло немного напряжения.
Само собой разумеется, что ситуация изменится в ближайшие несколько дней. Будет установлена новая династия, название страны и название года уже известны, название страны — это просто название, а название года напрямую использует Дагуань, что заставляет женщин в доме Мое сердце, как олень, натыкающийся друг на друга, полный тоски.
Шэнь Исю стоял перед окном, глядя на цветущий за окном лотос слабым взглядом. Цинвэнь сбоку также осторожно вывел Тун Няна, а затем тихо вошел.
Ранее Тун Нян требовала отца, что разозлило Шэнь Исю. Она вышла из себя и отругала свою дочь, отчего Тун Нян разрыдалась. Она не знала, чем обидела свою мать, и была так огорчена, что рыдала. Это был Цинвэнь. Он быстро убедил Тун Нян и уговорил ее уйти.
«Сестра, почему ты такая? Тонг Нианг тоже скучает по мужу, поэтому она такая. Мой муж находится во дворце уже много дней, но с тех пор, как вернулся, он не сказал ни слова, что действительно беспокоит...»
Цинвэнь, которая уже родила ребенка, усыновила наложницу, поэтому она имеет право называть Шэнь Исю сестрой. Отношения изначально были очень хорошими, но теперь они естественным образом стали ближе.
Цинвэнь взглянул на холодное лицо Шэнь Исю и примерно догадался, почему тот был в плохом настроении.
Просто подобное уже случалось или дошло до этой точки, но никто не может это контролировать, или даже один человек не может сдаться или принять решение.
Это касается огромных вещей, и даже такой малограмотный человек, как она, понимает важность этого.
Господин Шен, который редко посещал дом в последние два дня, пришел и долгое время встречался со старшей леди наедине. С тех пор старшая леди была немного подавлена и в плохом настроении.
Хотя старшая леди не сказала много о разговоре, Цинвэнь также смутно слышал, как старшая леди вздохнула и что-то раскрыла. Это было не более чем то, как будут решаться отношения между тремя домами в будущем. После входа во дворец это может оказаться правдой. Будут постоянные разногласия по поводу того, что делать.
Визи Тэн также пошла к двери, чтобы встретиться и поговорить со вторым соседом по комнате Сюэ Баочай. Цинвэнь узнала об этом от Ю Чуаньэр, и она не знала, откуда Ю Чуаньэр узнала об этом.
В это время Ван Цзытэн пришел к Сюэ Баочай. Хотя они были дядей и племянницей, у них никогда не было такого формального контакта в прошлом. В основном они проходили через тетю Сюэ, но на этот раз все было по-другому. Даже Цинвэнь мог это почувствовать. Внутри спрятан глубокий смысл.
По словам Цзяньцзуо, все три семьи являются прямыми потомками.
Шэнь Исю был первым, кто вошел в особняк Фэн, но, к сожалению, первым ребенком, которого он родил, была дочь. Хотя Инчунь и Сюянь родили сына, они были наложницами. Напротив, Баочай был первым, кто родил законного сына. С точки зрения старшего сына, рожденный Баочаем Хунлан является старшим сыном.
Сначала я не придал этому значения. Я чувствовал, что каждый из трех братьев был своим собственным наследником, и все они были законными детьми. Сын Шэнь Исю был законным сыном старшего брата, сын Баочая был вторым сыном, а сын Дайюя был законным сыном третьего брата. Они все получили свое собственное место, но теперь Фэн Цзыин, встав на путь становления императором и преуспев, внезапно принес проблему в задний дом, и эта проблема все еще была неразрешима.
Это касается личностей трех женщин. Кто будет королевой?
Согласно системе наследования старшего сына, наследным принцем должен быть сын Сюэ Баочая. Справедливо ли это по отношению к сыновьям Шэнь Исю и Линь Дайюй?
Согласятся ли Шен и Линь? Согласятся ли их заинтересованные стороны?
Женщины в особняке Фэн не глупы. Когда статус Фэн Цзыин изменился, все подсознательно задумались о более долгосрочных вещах в будущем. По мере того, как все становилось все более стабильным, эти вопросы все больше и больше становились центром внимания всей резиденции Фэн.
Все могут думать об этих проблемах, за исключением детей, которые еще невежественны, но никто не смеет упомянуть об этой проблеме. Это может вызвать раздор, расстроить гарем и привести к смерти от палок.
Шэнь Исю очень не нравилась эта атмосфера, но он не мог ее изменить.
Даже отец и младший брат, которые никогда не утруждали себя общением с семьей Фэн, уделяют особое внимание этой ситуации, что достаточно для того, чтобы проиллюстрировать огромное влияние и деликатность этого вопроса.
Иногда вы не можете избежать такой сцены просто потому, что вы не хотите ее видеть. Вокруг вас так много людей, и вы также должны думать о своих детях. Из собственных внутренних мыслей Шэнь Исю, если может быть справедливое решение, она больше всего согласна с.
Она не хочет вызывать никаких обид из-за такого рода вещей, и она не хочет, чтобы кто-то использовал какие-либо средства, чтобы что-то получить. Конечно, она также не хочет причинять вред себе из-за этого вопроса, но она должна это сделать. Быть «справедливой» внутри и снаружи легче сказать, чем сделать?
Этот дом с тремя спальнями — редкая вещь, и он подразумевает продолжение будущего наследника императора. Кто осмелится высказать свое мнение по этому поводу легко?
Даже самой Фэн Цзыин пришлось тщательно взвесить все «за» и «против», а также то, к чему может привести то или иное решение.
Конечно, Шэнь Исю понимает все тонкости и понимает дилемму, с которой может столкнуться ее муж, но как в этой ситуации три женщины могут быть великодушными и скромными?
У всех есть законные сыновья. Хотя нельзя сказать, что принятие на себя роли императора приведет к счастливой жизни, как матери, независимо от чести положения королевы, но с точки зрения наследования трона, кто может легко отказаться от такой возможности ради своего сына?
На самом деле, сама Шэнь Исю не считает, что положение над троном — это действительно самое красивое место. Быть одной и в одиночестве — значит многим жертвовать. Как женщина с относительно спокойной личностью, будь то ее муж или сын, сидеть на троне — самое красивое место. В этом положении каждый думает, что ему придется отказаться от большого счастья с семьей, но Шэнь Исю также знает, что как мужчина он может так не думать. Может быть, это цель, которую они преследуют на протяжении всей своей жизни, будь то женщина или семья, они могут быть только ее частью.
«Цинвэнь, как ты думаешь, хорошо ли, что мой муж оказался в таком положении?» — тихо спросил Шэнь Исю.
Этот вопрос Дайюй также задал Танчунь: «Девушка Тан, как ты думаешь, хорошо ли, что мой муж занял эту должность?»
Тан Чунь был ошеломлен, вспомнив восторженный энтузиазм брата Хуаня, когда тот пришел к нему, и на мгновение он не знал, как ответить на этот вопрос.
Спустя долгое время Танчун поджал губы и задумчиво сказал: «Внимание всех, власть, жизнь и смерть, все у тебя на ладони. Для нас, женщин, это, может быть, и не так глубоко, но для мужчин, боюсь, это так. Это искушение, от которого трудно отказаться».
«О?» Дайюй тоже на мгновение был ошеломлен.
«Когда брат Хуан приходил сюда раньше, я видел горящий огонь в его глазах. Я никогда раньше этого не видел. Это просто для того, чтобы Господь поднялся на большую высоту, но это также принесет несравненные последствия для всех вокруг него. Влияние, его магическую силу можно себе представить». Затем Тан Чун сказал: «На самом деле, это не ограничивается только мужчинами, даже на нас это повлияет. Разве моя сестра не так колеблется, что на нее это повлияет?»
После того, как Дайюй вздрогнула, она опустила голову, выглядя немного незаинтересованной. Спустя долгое время она медленно сказала: «На самом деле, мне очень нравилась атмосфера, которая у нас была раньше. Ну, мой муж был самым счастливым, когда был министром кабинета. Но теперь, когда он министр кабинета, он самый счастливый». Первый помощник был занят всякими делами, поэтому он реже ходил домой, и теперь, Тань, ты думаешь, что эта жизнь комфортна и удобна?»
Тан Чун горько улыбнулся и покачал головой: «Конечно, сейчас не так хорошо, как раньше, но с этим ничего не поделаешь. Боюсь, нам остается только приспосабливаться. Можем ли мы еще отступить?»
Дайюй не ответила, только перевела взгляд на Хэнвуюань и тихо сказала: «Боюсь, что сестра Шэнь и сестра Бао тоже сильно запутались, но, похоже, в последнее время нам даже трудно разговаривать друг с другом. Все здесь немного нервничают, когда встречаются друг с другом,...»
«Не только вы трое, но и все в третьей комнате такие. Кажется, отчуждение внезапно вышло наружу. Это случалось и раньше, но никогда не было так». Тан Чун тоже вздохнул подбородком: «Такие вещи — ничто по сравнению с Другими, но как нам с ними быть?»
(Конец этой главы)