В тот вечер Шэнь Янь передал туфли Ло Тяньюаню, словно обращаясь к земле, и искренне сказал: «Дядя Ло, пожалуйста, передайте это Ло Шуян. Она… Мне давно нравится эта пара туфель, и такого цвета никогда не было в магазине. Я купил её совсем недавно, и она обязательно оценит её, когда получит». Сказав это, он терпеливо и обиженно добавил: «Можете не говорить ей. Я купил её».
Взгляд Ло Тяньюаня метнулся к коробке из-под обуви. Похоже, этот парень его провоцирует, да?
Хотя он очень хотел, чтобы Шэнь Янь взял эту пару обуви, чтобы согреться, но, помня о своем соглашении с Шэнь Янем, как взрослый человек, он не мог нарушить свое обещание, поэтому ему оставалось только: «Подойди», — его выражение лица и тон не были слишком уж восторженными. — «Понял».
Шэнь Янь добавил: «В будущем... может возникнуть такая ситуация, дядя Ло, вы ведь не должны мне отказывать, верно?»
Ло Тяньюань раньше считал, что Шэнь Янь и Лу Синсэнь совсем не похожи на отца и сына. Теперь, похоже, Шэнь Янь действительно сын Лу Синсэня. В том же духе.
Теперь Шэнь Янь использует его в качестве почтового голубя для доставки жетонов.
Но он также знал, что достиг соглашения с Шэнь Янем.
Ло Тяньюань неохотно улыбнулся: «Конечно, нет».
Шэнь Янь был доволен. Ло Тяньюань долго стоял снаружи, затем достал ключ и вернулся домой. Он открыл коробку с обувью и увидел, что это была пара красивых женских кроссовок для скейтбординга, которые очень понравились бы Шу Янь. Проведя достаточно психологических размышлений в гостиной, он постучал в дверь и вошел в кабинет дочери.
Ло Шуянь писал работы, школа дала им всего несколько выходных дней, а учителя каждого предмета подготовили как минимум две или более работ...
Услышав звук, она обернулась, увидела, что это ее отец, и продолжила усердно работать.
Ло Тяньюань поставила коробку с обувью рядом с собой и тепло сказала: «Делаешь домашнее задание? Твоя школьная учительница тоже, трудно взять отпуск и задать тебе столько домашнего задания».
Ло Шуянь разразился смехом, как будто его отец всегда говорил подобные вещи с самого детства.
«Примерьте эти туфли и посмотрите, подойдут ли они вам», — снова сказал Ло Тяньюань.
Ло Шуянь заметила сбоку коробку с обувью и на ней красовался логотип. Она удивилась, открыла коробку и воскликнула от удивления: «Папа, откуда ты знаешь, что мне нравятся эти туфли!»
Раньше ей очень нравились эти туфли, но каждый раз, когда она подходила к прилавку, этого цвета не было в наличии.
Нравится ей это или нет, но ей не нужно отпускать семью за город или в Гонконг, чтобы купить эту обувь, в конце концов, у неё и так много обуви. Шэнь Янь сказала, что она меняет по паре одежды каждый день, и за полгода она уже не будет прежней.
Ло Тяньюань взглянула на жизнерадостный вид дочери, вздохнула про себя, но внешне весело сказала: «Точно так».
Ло Шуянь с нетерпением ждала возможности надеть туфли и сфотографировалась перед огромным зеркалом от пола до потолка.
【Новые туфли, я в восторге! Спасибо, папа, я всё ещё не забыл сделать мне подарок на Новый год. Завтра новый год и новый день. Желаю всем счастливого Нового года и всего самого наилучшего!】
Она очень популярна, и через некоторое время под этим комментарием появится несколько комментариев.
Комментарий Цзян Юаня привлёк внимание Ло Шуянь: ...это что, новая тенденция? Позвонить папочке? Неужели время снова меня бросило?
Ло Шуянь ответил на его комментарий: ? Почему я не понял, что ты сказал? ?
Шэнь Янь увидела, что она сказала, а также увидела комментарии и реплики между ней и Цзян Юанем.
Я был неосторожен и забыл, что Цзян Юань знал, что он купил эти туфли.
Он тут же набрал номер мобильного телефона Цзян Юаня, и на другом конце провода быстро ответили: «Я правильно прочитал, я правильно прочитал, ты действительно мне звонил?»
Шэнь Янь пропустил ненужные приветствия и сказал прямо: «Что касается обуви, то сделай вид, что ничего не знаешь, и никому не говори, что я ее купил».
Цзян Юань: «...?»
Он подумал, что Ло Шуянь зовет отца Шэнь Яня, и задался вопросом, почему двух возлюбленных с детства так странно называют.
Шэнь Янь: «Ты сможешь это сделать?»
Цзян Юань: «Хорошо, кто назвал тебя моим братом?»
Шэнь Янь остался доволен: «Ну что ж, плата за запечатывание — баскетбольный мяч, и я отдам его тебе в школу».
Цзян Юань: «Это так интересно! Ждите от меня чего-то подобного в будущем!»
Шэнь Янь: «Знаешь ли ты, что сказать Ло Шуяню?»
Цзян Юань: «Не волнуйтесь!»
Повесив трубку, Цзян Юань ответил Ло Шуяню: «Я думал, что все в твоем городе называют тебя папой, но ты вдруг назвала тебя папой, я чувствую себя таким приземленным!»
Ло Шуянь: «…»
Что случилось с Цзян Юанем?
Ло Тяньюань вернулся в спальню, вспоминая радость дочери, увидевшей туфли, и зависть Шэнь Яня к ней, от которой у него заболела голова, но он не пожалел о своих словах. Он уже согласился, что если через два-три года дети всё ещё будут любить друг друга, то он не будет возражать. Впрочем, Шуянь к тому времени уже была взрослой, и с кем бы она ни хотела быть, он не должен был возражать, но он всё ещё был угрюм и неловок.
Размышляя об этом, он сразу же вспомнил множество вещей: Шэнь Янь, Лу Синсэнь и Shengyuan Group. Он взял телефон и набрал номер Сун Цяньцзиня, который был далеко, в Шэньчжэне. На другом конце провода быстро ответили: «Тяньюань, что случилось?»
Ло Тяньюань спросил глубоким голосом: «Сколько у меня теперь имущества?»
Сун Цяньцзинь не очень ясно выразился, да и не профессионал он, лишь приблизительно назвал цифру.
Факты доказали, что изначально видение Ло Тяньюаня было действительно хорошим. Фильмы, продюсированные и проинвестированные Zhiyan Media, хорошо продавались, сериалы транслировались на звёздных площадках, а артисты, подписавшие с ним контракт, стали известны в индустрии развлечений. Одна только эта фамилия принесла огромную прибыль индустрии развлечений.
Не говоря уже об Интернете и недвижимости — это две популярные отрасли.
Сам Ло Тяньюань также очень интересуется финансами. Он сколотил состояние на фондовом рынке, поэтому в последние годы его активы заняли лидирующие позиции в стране. Однако он начинал с нуля, что всё ещё немного хуже, чем у богатой и влиятельной семьи с богатым прошлым.
Ло Тяньюань также знает, что его предки накопили большой опыт упорного труда на протяжении нескольких поколений.
Однако у людей нет ни целей, ни амбиций. В чем разница между этим и соленой рыбой?
Ло Тяньюань сказал: «В последние несколько лет мне приходится работать усерднее, упорнее и зарабатывать деньги серьёзно».
Первоначально Ло Тяньюань звонил по этому телефону, Сун Цяньцзинь уже был удивлен, а теперь он говорит это...
«Тяньюань, ты слишком много пьешь?» — осторожно спросил Сун Цяньцзинь.
Ло Тяньюань потер переносицу и понял, что повел себя немного поспешно.
Но он поставил себе цели на ближайшие несколько лет. Он должен усердно работать, расширять отрасль и стремиться создать для своей дочери щедрый семейный бизнес. Даже если у его дочери и Шэнь Янь в будущем всё будет хорошо, он никогда не позволит другим подумать, что его дочь кого-то превзошла.
Он хочет, чтобы его дочь выпрямилась и любила ее, где бы и когда бы она ни находилась, мысленно или материально.
Он всегда будет самой надежной опорой для ее дочери.
—
В последние дни отпуска Ло Шуянь и Шэнь Янь договорились выйти рано утром, чтобы подготовиться к восхождению на Великую Китайскую стену. Путь от города до подножия Великой Китайской стены занимает несколько часов.
Подъём на Великую Китайскую стену требует работы и руками, и ногами. Ло Шуянь считала, что это будет скучно. Она была здесь однажды, когда была ребёнком. Именно её тусклые глаза показывают, насколько утомительно подниматься на Великую Китайскую стену.
В этот раз всё как-то странно: сегодня хорошая погода. Они с Шэнь Янем, поднявшись на первый этаж, останавливаются полюбоваться пейзажем, обсуждают учёбу и мелочи жизни. Очень спокойно и комфортно.
Ло Шуянь не мог не задаться вопросом: может быть, это из-за другого настроения?
Что думал Ло Шуянь, что думал Шэнь Янь.
Эти двое попросили туристов сфотографировать их у Памятника Героям. На этот раз они уже не выглядели растерянными и вялыми. Они стояли рядом с Памятником Героям и смотрели в камеру. На щеках Ло Шуянь появились ямочки, когда она смеялась, а Шэнь Янь тоже улыбнулась, что было для неё редкостью. Глядя на фотографии, можно было почувствовать, как её лицо излучает энергию и бодрость.
Шэнь Янь сказал Ло Шуяню: «После того, как закончатся вступительные экзамены в колледж, мы снова займемся скалолазанием?»
Ло Шуянь колебался: «Сейчас лето, после вступительных экзаменов в колледж, слишком жарко, и это пик туристического сезона».
Шэнь Янь также почувствовал, что Ло Шуянь прав, и на мгновение задумался: «Тогда почему бы тебе не вернуться в Новый год?»
Ло Шуянь удивленно посмотрела на Шэнь Яня: «Тебе так нравится лазать по Великой стене?»
Ползал один раз в детстве, сейчас снова ползал, и планирует сделать это снова через несколько лет!
Не слишком ли уникально хобби этого человека?
Шэнь Янь был беспомощен, как он мог захотеть взобраться на Великую Китайскую стену.
«Можно понять это и так. Я думаю, что когда нам двадцать или тридцать лет, мы смотрим на старые фотографии и обнаруживаем, что находимся в одном и том же месте, и фотографируемся каждые несколько лет. Эта идея очень креативная. Ну и ещё это хорошее воспоминание».
Пусть эти старые фотографии засвидетельствуют, что за эти годы они никогда не разлучались, росли вместе и были свидетелями всех радостей и печалей друг друга.
«Это было бы здорово», — подумал он.
—
Похоже, старшеклассникам время увеличили вдвое, и прежде чем они успели среагировать, на доске в классе уже повешено расстояние до вступительного экзамена в колледж. Сколько дней им напоминают о приближении самого важного экзамена в их студенческой жизни?
Атмосфера внезапно накалилась. На третьем году обучения в старшей школе Ло Шуянь училась усердно, словно наживаясь на себе. В неё все полны доверия, но чем больше она себя так ведёт, тем меньше она позволяет себе расслабиться.
Накануне вступительных экзаменов в колледж учителя и родители вели себя необычно: им больше не твердили на ухо: «Один балл – это много, один балл – это жизнь», «Никакой горечи и усталости, тройка в старшей школе – это безвкусица, никакое усердие не годится». «Третий год в старшей школе – это пустая трата жизни». Хотелось бы, чтобы они учились, свесив головы с балок, но попросите их относиться к ним с нормальным сердцем, больше не присылать им работы, больше не разговаривать с ними на уроках и даже позволить им немного поспать и отдохнуть... Посмотрите сериал. Это не невозможно.
Студенты, есть еще один тип, полностью смирившийся со своей участью.
Чэнь Юйлань – последняя. Они с Шэнь Янем учились в одном классе почти три года. Её лучшие друзья знают, что она влюблена в Шэнь Яня, и уговаривают её ни о чём не жалеть. Она согласилась, ведь это её заслуга, но Шэнь Янь отказался: ничего страшного, по крайней мере, она рассказала ему о своих чувствах, и в будущем не пожалеет об этом. Она усердно трудилась ради своей юности.
За месяц до вступительных экзаменов в колледж она купила вышивку крестиком и была занята на занятиях день и ночь. Наконец, накануне вступительных экзаменов в колледж, она вышила подушку с изображением чёрно-белой свиньи.
Она также обнаружила это сама: Шэнь Янь очень любит черно-белых свиней.
Ручка-водянка — это чёрно-белая свинья, а чёрная свинья прикреплена к задней панели телефона. Даже черновик — чёрно-белая свинья.
Однажды после окончания вышивки она нашла Шэнь Яня и протянула ему вышитую ею подушку. Уши у нее были красные: «Шэнь Янь, вот на что я потратила целый месяц. После вышивки я подарю тебе это. Надеюсь, тебе понравится».
Шэнь Янь посмотрел на подушку в сумке, а затем перевел взгляд на Чэнь Юйлань.
Он знал только, что эта девочка учится с ним в одном классе, и ничего больше.
Судя по его предыдущему персонажу, он, должно быть, проигнорировал это.
Чэнь Юйлань ещё больше занервничала, увидев, что Шэнь Янь молчит. В этом месяце её несколько раз тыкали пальцами, чтобы поймать подушку.
В глубине души она знала, что Шэнь Янь не согласится с ней, ведь все говорили, что Шэнь Янь симпатизирует Ло Шуянь из пятого класса.
У них хорошие отношения, они всегда ходят в школу и уходят из нее вместе.
Шэнь Янь почти никогда не разговаривает с другими девушками, его лицо всегда бесстрастно, но с Ло Шуянь он постоянно болтает и смеётся. Я слышал, что он часто покупает ей еду и закуски. Однажды шёл сильный дождь, и входную дверь школы затопило. Некоторые видели, как Шэнь Янь нес Ло Шуянь на руках.
Просто они оба не совсем вместе, Чэнь Юйлань чувствует, что у нее все еще есть шанс, даже если шанс очень слабый, она хочет попробовать, чтобы не оставлять никаких сожалений о своей юности.
Шэнь Янь покачал головой: «Нет, спасибо».
Лицо Чэнь Юйлань застыло, хотя она давно догадывалась, что так и будет, но ей всё равно было очень неловко, губы её слегка шевельнулись, и она прошептала: «Это тебе, возьми. Давай, считай это подарком от одноклассников».
Она почти умоляла.
Шэнь Янь сказал: «Твои мысли тяготят меня и станут для меня источником неприятностей».
Шэнь Янь добавил: «Возьмите, спасибо».
Чэнь Юйлань уже обсуждала это со своими друзьями, и все говорили, что она не хочет оставлять это на его усмотрение, пусть решает сам. Это его личное дело.
Она не знает, что делать.
Шэнь Янь помнил, как Сюй Цунцзянь отвергал других девушек, которых он видел раньше, но по какой-то причине он не мог произнести эти слова, когда они сорвались с его губ.
Он вдруг понял, что отличается от Сюй Цунцзяня.
В конце концов, Шэнь Янь проигнорировал Чэнь Юйлань и уже собирался уходить, думая о том, что может произойти. Он остановился и сказал: «Надеюсь, ты не положишь эту вещь мне в кресло после того, как я уйду. Это создаст мне массу проблем. Если ты будешь продолжать это делать, я отдам эту вещь дежурному как потерянную вещь. Она не имеет ко мне никакого отношения».
…
Отказ Шэнь Яня от Чэнь Юйлань не является секретом. Если об этом знает небольшая группа людей в классе, значит, об этом узнают и многие, включая Ло Шуянь. По дороге из школы Ло Шуянь вспомнил об этом и, прежде чем спросить его об этом, признался: «Я знаю только, что она наша одноклассница. Я не очень хорошо её знаю, поэтому не стоило говорить пару слов».
Ло Шуянь: «Я слышала, что подарок, который она тебе подарила, был вышит ею собственноручно».
Она решительно отказалась признать, что в тот момент говорила кисло.
Шэнь Янь пробормотал: «Похоже на то...»
Он рассказал ей все подробности, включая мелкие детали, и даже подчеркнул тот факт, что его и Чэнь Юйлань несколько раз разделяло почти полметра.
Закончив говорить, Шэнь Янь спросил ее нервно и спокойно: «Ты считаешь, что я стала более зрелой?»
Он всё ещё помнил её слова. В её глазах мальчики в средней и старшей школе были незрелыми.
Стал ли он теперь в ее сердце немного более зрелым?
Продолжая идти, Ло Шуянь вдруг замерла, услышав эту фразу, повернула голову, чтобы посмотреть на него, и ее сердце на мгновение забилось быстрее.
Почему он спросил это?
На самом деле, в последние два года у нее возникло смутное ощущение, что она — не одна стрела.
Кажется, Шэнь Яню она тоже может понравиться.
Будь рядом с ней, когда у нее не очень хорошие результаты на экзаменах.
Она также изменилась с небольшой симпатии на глубокую симпатию, но эти отношения остались неизменными до сих пор, то есть она не будет форсировать результат.
Если она ему нравится, она будет счастлива, но если ему нравятся другие, то даже если она не может улыбаться и мечтать, она не будет беспокоить его.
Ло Шуянь подавила волнение в своем сердце, но изгиб уголков ее губ выдал ее истинное настроение, она протянула руку, сжала руку Шэнь Яня и торжественно произнесла: «Определи температуру своего тела. Примерно тридцать семь градусов, одноклассница Шэнь Янь все еще полуготова, и это еще немного, немного!»
Шэнь Янь улыбнулся: «Ты думаешь, я стейк? Он всё ещё средней прожарки».
Заходящее солнце удлиняло их фигуры.
Летнее небо кажется таким же синим, как в комиксах.
—
Перед вступительным экзаменом в колледж Лу Синсэнь купил новый костюм и облёкся в одежду Nike. Чем заметнее был логотип, тем больше он ему нравился. Ло Тяньюань редко спорил с Лу Синсэнем. Зная, что у обоих детей хорошие оценки, он всё равно надел спортивную форму Nike в день вступительного экзамена.
Такие боссы, как Лу Синсэнь и Ло Тяньюань, обычно носят спортивную одежду очень редко, почти незаметно, но сейчас, когда они внезапно переодеваются из костюмов и кожаной обуви в спортивную одежду, они выглядят на несколько лет моложе обычного.
Шэнь Цинжо тоже в последние годы привыкла носить деловые костюмы. В этот раз она очень переживала из-за экзаменов своих двух детей. Она отложила работу, отложила командировку и специально отправилась в ателье. Она сшила два комплекта ципао. В ранние годы, когда она была не замужем, её бабушка обожала ципао и всегда заказывала ей несколько комплектов. Фотография, сделанная помощником Лу Синсэня, когда он приехал в Нинчэн в поисках кого-то, была сделана в ципао. Снимок сделан в ципао.
Позже она приехала в город и стала Шэнь Цинруо. Ципао ей не подходит, ей нужно заботиться о детях и работать, и теперь она снова надевает ципао и выходит из дома, чувствуя себя немного неловко.
Ло Шуянь был ошеломлен.
Конечно, годы не прошли бесследно и для Шэнь Цинжо. Она всё ещё сильно отличается от той, что была в молодости. Теперь её самоуверенность настолько высока, что люди не обращают внимания на её возраст.
Глядя на Шэнь Цинжо, Лу Синсэнь тоже испытывал смешанные чувства, и только он один понимал, в чем заключаются эти чувства.
В молодости люди всегда хотят быть вместе надолго. Теперь он уже не молод, да и она такая же. Кажется, его менталитет постепенно успокаивается. Уважайте её цели и идеалы. Что касается них... В результате он больше не настаивает на том, чтобы жить непринуждённо.
Теперь, когда они могут быть как хорошие друзья, беспокоиться об общих детях и планировать будущее, как бывшие муж и бывшая жена, это уже лучший конец.
Nike все делает правильно, и Cheongsam желает им великой победы!
Вступительный экзамен в колледж — это тоже поле битвы. За школьными воротами трое взрослых тысячу раз им это повторяли.
Ло Шуянь и Шэнь Янь вошли в школу вместе. На этот раз они сдавали вступительные экзамены в другой школе, и их распределили по разным аудиториям. Шэнь Янь тоже была смелой художницей. Она знала, что Ло Шуянь нервничает и т.д. Войдя в школу, он остановился, поднял голову и снова выглянул. Убедившись, что Ло Тяньюань не видит, где они стоят, он протянул руку и коснулся головы Ло Шуянь, когда она была слишком удивлена, мягко сказав: «Не бойся, просто пойдём».
Ло Шуянь был поражен его поступком.
Они были очень близки, и Шэнь Янь уже отпраздновала свой восемнадцатый день рождения.
Редко когда эти двое бывают настолько близки.
Я не знаю, слишком ли жаркая погода, у нее горят щеки, она хочет сделать шаг назад, но все еще не может.
Она также хотела прикоснуться к его голове, чтобы подбодрить его.
Он набрался смелости и протянул ей руку, но обнаружил, что он немного высоковат; как только она протянула ему руку, он, казалось, догадался, что она хочет сделать. Он наклонился и просунул голову перед ней: «Пойдем, Бар».
Ло Шуянь не могла ни смеяться, ни плакать, но на сердце у нее было тепло и радостно.
Она положила руку ему на голову и легонько погладила: «Шэнь Янь, пойдем, поработаем вместе».
На протяжении многих лет они шли вместе по пути вперед.
Шэнь Янь и Ло Шуянь оба горячие, и их лица красные.
Двое детей отвечали на вопросы в экзаменационной аудитории, а трое родителей не знали, чем заняться на улице. Охрана школы не позволила им ждать у ворот и даже поставила забор возле школы. Пешеходам запрещено проходить мимо, чтобы не мешать абитуриентам шумом. Автомобилям не разрешалось сигналить, и они отступали за забор.
Лу Синсэнь попросил Шэнь Цинжо сесть в машину и отдохнуть. Он не хотел, чтобы Шэнь Цинжо чувствовала себя неловко, поэтому дал ей достаточно места и побежал к машине Ло Тяньюаня, чтобы включить кондиционер.
В течение двух дней вступительных экзаменов в колледж Шэнь Цинжо строго следил за диетой Ло Шуянь и Шэнь Янь, не только перед абитуриентами, но и перед родителями. Всё, что может вызвать диарею и физический дискомфорт, было запрещено. На первом этаже есть несколько слишком активных детей, которые очень шумят по ночам во время сна. Лу Синсэнь, привыкший к властности в детстве, лично принёс вещи к двери и вежливо спросил у родителей.
К счастью, эти два дня пролетели быстро. Ло Тяньюань и другие молчаливо не спрашивали, как прошли испытания у детей, они просто считали это обычным ежемесячным испытанием.
Вступительные экзамены в колледж истощают энергию всех кандидатов.
Вернувшись домой, Ло Шуянь упала с кровати и уснула. Когда её разбудил грохот грома и шум дождя, она взглянула на время: было почти одиннадцать.
Она встала, открыла окно и почувствовала запах дождя.
Она глубоко вздохнула, и прежде чем она успела почувствовать облегчение, она услышала стук в стену.
До поступления в старшую школу у нее и Шэнь Яня были мобильные телефоны, и они не общались таким образом уже три года.
Она была ошеломлена, когда внезапно услышала это.
Сначала она подумала, что это не Шэнь Янь стучит в стену, а медвежонок наверху, навострила уши и хотела внимательно прислушаться.
Этот пароль был бесполезен в течение трех лет, и она немного заржавела.
Это секретный код, понятный только ей и Шэнь Янь, его можно использовать для простого общения. До старшей школы она была очень искусна в этом, но теперь не уверена, сможет ли понять смысл слов Шэнь Янь...
Есть ли что-то, по чему я не могу позвонить или отправить сообщение?
-мне.
Ло Шуянь довольно улыбнулась, она поняла, это означало «я».
На другом конце провода долгое время стояла тишина, и как раз в тот момент, когда Ло Шуянь хотел снять трубку и отправить сообщение Шэнь Яню, раздался другой голос.
—нравится.
Нравится? Ло Шуянь был в замешательстве.
Нравится? Внезапно её сердце бешено забилось.
Может быть, люди живут вместе уже давно, и телепатия всё же существует, да? Вот и сейчас, разделённые стеной, не только он, но и она тоже чувствует себя неловко, и у неё тоже вспотели ладони.
Иногда ему хотелось что-то сказать, и она знала, что он хочет сказать, еще до того, как он это говорил.
Точно так же иногда она хочет что-то съесть и что-то сделать, но прежде чем она покажет это, он покупает это для нее и делает это вместе с ней.
Мы познакомились, когда им было четыре года, а сейчас им обоим по восемнадцать. За все четырнадцать лет жизни они ни разу не отсутствовали.
-ты.
Ло Шуянь стояла, не шевелясь, пока дождь омывал окна, а люди по ту сторону стены, казалось, беспокоились, что она не проснулась. Он набрал ещё один код, понятный только им двоим.
…
…
Более десяти лет назад, когда Шэнь Янь и Ло Шуянь изучали пароль, у них возник небольшой спор о том, стоит ли изучать пароль со словом «like».
Ло Шуянь: «Вероятность того, что мы используем это слово, очень мала, верно? И кажется, это будет сложно, забудьте об этом, его больше не будут использовать!»
Шэнь Янь в то время тоже был туповатым и тоже колебался, Ло Шуянь же сказал, что это вполне разумно.
Это слово употребляется редко.
Однако он всегда был серьезен в своей работе, и на этот раз он настоял на собственном мнении: «Сначала исследуй, может быть, потом пригодится, и это всего лишь слово, это несложно».
Он убедил Ло Шуяня: «Тогда ты сможешь изучить это!»
Шэнь Янь согласился.
Он и вправду гениальный ребенок, он быстро сообразил, взял пенал и постучал по нему легонько или сильно пять раз: «Вот что значит симпатия».
Ло Шуянь не понял.
Шэнь Янь повторил это действие несколько раз: «Помнишь? На самом деле это очень легко запомнить. Три сильных удара означают твоё имя, Ло Шуянь, два лёгких — моё имя, Шэнь Янь, а пять вместе означают «похоже».
Ло Шуянь, шести или семи лет, вдруг понял: «Я понимаю!»
Шэнь Янь спросил ее: «Ты понимаешь?»
Ло Шуянь: «Понимаю, я не дурак!»
Шэнь Янь снова спросил ее: «Можешь ли ты понять это слово в будущем?»
Ло Шуянь похлопала себя по груди: «Не волнуйся, я обязательно пойму, когда услышу это, а я обязательно пойму».
— Ло Шуянь, ты понимаешь?
