В половине третьего, перед кинотеатром.
Юй Чиянь почувствовал, что пришел рано и давно не видел Лу Юэ, и это даже немного смутило его в глубине души.
Может быть, Лу Юэ лгал ему вчера, а сегодня хотел отпустить его, как голубя?
Чем больше Юй Чиянь думал об этом, тем больше он чувствовал, что его догадка верна, иначе зачем бы Лу Юэ захотел посмотреть с ним фильм?
Поняв, что его, возможно, обманули, Юй Чиян решил немедленно уйти, но затем столкнулся с мужчиной, который был в солнцезащитных очках и зимнем костюме.
Голос мужчины был недовольным: «Ты что, на дорогу не смотришь, когда идёшь?»
Ю Чи Янь просто хотел отругать его, но, увидев, что на его собеседнике солнцезащитные очки, решил извиниться: «Извини, я не знал, что ты не видишь».
«Ты не можешь этого видеть, вся твоя семья не может этого видеть!» Мужчина снял солнцезащитные очки и собирался поссориться с Ючияном.
Затем оба замолчали.
Поскольку мужчину в костюме звали Лу Юэ, а его сегодняшний наряд был слишком зрелым и вычурным, Ючи Ян его не узнал.
Лу Юэ надел солнцезащитные очки, а знаменитые серебристые волосы Юйчияна были прикрыты, и он некоторое время не мог привыкнуть к «черноволосому» Юйчияну.
Оба были немного смущенны.
Юй Чиян отвернулся и спросил: «Как ты смеешь приходить?»
«А?» Лу Юэ снова надел солнцезащитные очки и лихорадочно спросил: «Что со мной не так?»
Затем они вдвоем вошли внутрь.
Очевидно, они собираются вместе посмотреть фильм, но у всех на лицах одно и то же выражение, словно они собираются на банкет в Хунмэнь.
*
вечер.
Пять часов.
Ся Вань наконец-то выспалась, встала с кровати, потянулась и спустилась вниз.
Теоретически все по-прежнему хотели поужинать вместе сегодня вечером, но Юй Чиянь позвонил Ся Ваню и сказал, что больше не придет.
Ся Вань поджала губы и сказала: «Я понимаю правду, но почему ты висишь на плечах у Лу Юэ?»
Что-то не так с миром или что-то не так с ее глазами?
Выражение лица Цзян Юйши было еще более сложным, чем у Ся Вань.
Лу Юэ снял солнцезащитные очки, надел их на Юйчияна, взял телефон, улыбнулся и сказал: «Я объявляю, что с сегодняшнего дня мы с Юйчияном решили превратить нашу ссору в нефрит и шелк, и отныне мы будем друзьями!»
Каждый: "?"
Юй Чиянь кивнул и сказал: «Да, в прошлом мы глубоко не понимали друг друга, но теперь мы понимаем, что мы — духовные друзья!»
После допроса Ся Вань они наконец рассказали, что произошло сегодня днем.
Короче говоря, на протяжении всего фильма, за исключением того, что все они были родителями с детьми, Юй Чиянь и Лу Юэ чувствовали, что присутствие группы детей может повлиять на впечатления от просмотра.
Однако когда большой фильм закончился, Юйчиян и Лу Юэ были настолько тронуты сюжетом, что плакали, что привлекло бесчисленное множество детей и родителей посмотреть на них и даже посмеяться над ними.
Но они оба чувствуют, что нашли отклик друг у друга, и договорились о встрече, чтобы посмотреть фильм «Туту с большими ушами», который выйдет в следующем месяце.
Лу Юэ наконец нашёл человека, который не испытывал к нему неприязни и был готов смотреть с ним мультфильмы. Это была его «мечта» с самого начала.
Хотя он никогда не думал, что этим человеком окажется Юй Чиян.
Каждый: "…"
Это звучит возмутительно, но когда я думаю о Ю Чияне, это не кажется невозможным.
Итак, за исключением Цзян Юйши, который все еще сомневался в жизни, все они выразили уважение, поддержку и благословение внезапной и необъяснимой дружбе между Лу Юэ и Юйчиянь.
Однако менее чем через полчаса Юй Чиян прибежал обратно.
Всё верно, он побежал обратно. Он выглядел запыхавшимся. Его волосы были почти мокрыми от пота зимой. Вполне понятно, сколько он бежал.
Ючиян упал на диван, лишь вытянул одну руку и отчаянно закачался, его хриплый голос почти с отчаянием кричал: «Я не уйду... Я не умру...»
Каждый: "???"
Цзян Юйши спросил: «Куда ты идешь?»
Однако прежде чем Юй Чиянь успел ответить, в дверь вбежал еще один человек, это был Лу Юэ, который тоже быстро бежал и упал.
Он стоял на коленях прямо на земле, лежа на диване верхней частью тела, и смотрел на Ю Чи Яня с совершенно непонятным выражением лица.
Но он больше не мог говорить, он кашлял, когда открывал рот, вид у него был действительно жалкий.
Сун Чжили встала, налила им два стакана воды и протянула их.
Остальные уже не желали есть и быстро встали, чтобы посмотреть, что случилось с этими двумя.
Они долго отдыхали и наконец выздоровели.
Юй Чиянь прятался за Ся Вань и повторял: «Я не пойду... Я не пойду...»
Ся Вань посмотрела на Лу Юэ и с подозрением спросила: «Куда ты его везешь? Напугаешь его так?»
«Откуда мне знать... кхм, откуда мне знать, что происходит в его безумии? После того, как я согласилась быть друзьями, я искренне пригласила его на массаж ног. Тебе следовало бы его оберегать!»
Каждый: "…"
Цзян Юйши вздрогнул, услышав «массаж ног», а затем закрыл уши руками.
Таким образом, причина и следствие этого инцидента также совершенно очевидны. Юй Чиянь, должно быть, был в стрессе, услышав слова «массаж стоп», поэтому он снова ударил Лу Юэ во время рывка, и Лу Юэ подумал, что он делает это намеренно. На фотографии Юйчиян бежит всё время впереди, а Лу Юэ всё время за ним гонится.
«Вы двое действительно можете бежать». Думая о том, как далеко от дома находится кинотеатр, Ся Вань находила это ещё более абсурдным.
И затем она также объяснила причину Лу Юэ: Юй Чиянь не сделал этого нарочно, он действительно не мог пойти на массаж ног.
Не говоря уже о Юй Чиян, она и Цзян Юйши не могли согласиться на поездку в такое место за столь короткое время.
Лу Юэюэ было нелегко прийти в себя. Услышав о злополучном поступке трёх человек, массирующих ноги, и пойманном бригадой по борьбе с порнографией, он откинулся на диван, смеясь. Его хриплый, надломленный голос звучал так преувеличенно, что люди боялись его смеха. Неужели в конце концов всё затихнет?
И действительно, после того, как Лу Юэ посмеялся над Юйчи Янь, когда Цзян встретил Ся Вань, он действительно подвергся возмездию, и его голос стал настолько хриплым, что он говорил как дракон.
Как гласит старая поговорка, иди сюда.
Поэтому они добавили две пары палочек для еды и положили на стол Юйчиянь и Лу Юэ.
После всей трапезы самым подавленным человеком оказался Цзян Юйши.
Первоначально предполагалось, что он и Юйчиян будут выступать единым фронтом, но они оба ненавидели Лу Юэ, этого ублюдка.
Но только из-за его вчерашнего злонамеренного исправления «Правды или действия» Юйчиян отвернулся от Лу Юэ?
Неужели Юйчиян просто забыл, что однажды сказал «1 против 2», и Лу Юэ повёл за ним пятьдесят человек и прошёл восемнадцать улиц? Как можно было так легко простить такое позорное унижение?
Чем больше Цзян Юйши думал об этом, тем сильнее его раздражало. Он тут же отложил палочки, злобно посмотрел на Юйчияня и сказал: «Вы ешьте помедленнее, а я сначала вернусь в комнату».
Закончив свою речь, Цзян Юйши встал и поднялся наверх.
А Юй Чи Янь, утомлённый долгим бегом, всё ещё был увлечён едой и отреагировал ещё медленнее. Он даже не заметил презрительного взгляда Цзян Юйши, а видел только его спину.
Ючиян продолжал с головой погружаться в еду, но его внезапно пнули.
Он посмотрел на Ся Вань с недоумением в глазах.
Ся Вань взглянула на спину Цзян Юйши, затем перевела взгляд на Юй Чиян и спросила: «Ты не идёшь туда?»
«Что я сделал в прошлом?» Юй Чиян явно не отреагировал и сказал: «Я не сыт, когда он сыт».
Ся Ван: «…»
Дело не в том, чтобы есть достаточно!
Сун Чжили понял, что имел в виду Ся Вань, поэтому встал и сказал: «Я тоже сыт, пойду к Цзян Юйши».
Се Янь тоже внезапно встал и сказал: «Я с тобой».
Они оба поднялись наверх бок о бок.
Взгляд Юй Чияня стал ещё более ошеломлённым. Он попытался повернуть голову и спросил: «Цзян Юйши заболел?»
В противном случае, зачем они все пошли к Цзян Юйши?
Лу Юэ также странно спросил: «Вы серьезно больны?»
Ся Вань посмотрела на них с улыбкой и сказала: «Все в порядке, давайте поедим».
*
наверху.
Сун Чжили постучала в дверь и вошла вместе с Се Янем.
Цзян Юйши спросил, играя со своим мобильным телефоном: «Почему ты здесь?»
Се Янь с улыбкой сел на диван, протянул руку, открыл банку колы перед собой и сделал глоток: «Господин Сун здесь, чтобы научить принципам жизни, а я здесь, чтобы слушать».
Цзян Юйши наконец отложил телефон и посмотрел на Сун Чжили.
Сун Чжили спросил его напрямую: «В чем конфликт между тобой и Лу Юэ?»
Се Янь также повторил: «Да, даже Ся Му раньше болел, вы двое ссорились независимо от повода. Что за глубокая ненависть?»
Этот вопрос остановил Цзян Юйши.
Он немного подумал, а затем нерешительно ответил: «Чтобы защитить достоинство школы?»
Се Янь, похоже, посчитал этот ответ нелепым и посетовал: «Тогда пусть дедушка Юйчи пойдет изучать тхэквондо и ударит директора Шэнъю, а он не разрешит ученикам выходить».
Сун Чжили прямо указал на мысли Цзян Юйши: «Вообще-то, между вами нет противоречий, вы просто привычно относитесь друг к другу как к противникам. В таком случае, разве не хорошо для Юйчиян и для него превратить врагов в друзей?
И разве эта сцена не выглядит знакомой? Когда Ся Му впервые вернулся в Китай, Ючи с энтузиазмом его отверг. Тогда Ючи, возможно, и не думал, что мы придём к Ся на китайский Новый год. Раз уж Ючи дал шанс Ся Му, теперь можешь попробовать и Лу Юэ.
Се Янь смял пустую банку из-под колы и выбросил ее в мусорный бак неподалеку, подчеркнув: «Да, Лу Юэ и Ся Му — одно и то же, возможно, он тоже может стать нашим другом».
Ся Му.
Упомянув это имя, Цзян Юйши вдруг вспомнил тот день в Шэнъюе.
Это был первый раз, когда его похвалили за мягкость.
«С первого дня моего прибытия в Шэньин вы не питаете ко мне никакой враждебности. Я также знаю, что Юйчиянь сначала меня ненавидел, а вы говорили мне много хорошего. Вы готовы принять меня, поэтому я могу быть таким быстрым. Принимайте всех».
Знакомый голос снова зазвучал в его ушах, но теперь ему показалось, что в его глазах звучало нечто похожее.
Рука Цзян Юйши упала, и он сказал: «Понятно».
*
Глубокой ненависти в них нет, но Лу Юэ действительно очень быстро в них вливается.
На следующий день, глядя на Цзян Юй, игравшую в игры на диване с Лу Юэ, Ся Вань держала в руке напиток, откусила соломинку и, глядя на них, подумала: «Это слишком быстро, не так ли?»
Когда Цзян Юйши, помнишь, ты вчера надел маску Юйчияня?
Ты хочешь быть таким уговаривающим! Ты всё ещё помнишь, что твоим верным другом должен быть Юй Чиян?
Но в данный момент Се Янь и Юй Чиянь отсутствуют, поскольку в понедельник они уже поехали в ветеринарную больницу на повторный осмотр.
И Сун Чжили тоже спустился вниз и сказал: «Я хочу домой».
Ся Вань встала и спросила: «Что-то случилось?»
Сун Чжили заметила её нервозность и объяснила: «Это не моя проблема. Кажется, он бьёт Сун Иньиня. Мне нужно вернуться и посмотреть».
Конечно же, он имел в виду Сун Цзэ.
Ся Вань ещё больше почувствовал, что Сун Чжили – хороший человек. Ведь из-за отношений с Сун Иньинь он всё ещё беспокоился о ней, что случалось крайне редко.
Ся Вань знал, что Сун Цзэ не глупый человек, и предполагалось, что он также выяснил регулярность появления красных слив в эти дни, поэтому ему было нелегко нападать на Сун Чжили.
Но она все равно сказала: «Вы соблюдайте технику безопасности, и что бы она ни делала, это не имеет к вам никакого отношения».
«Я знаю». Сун Чжили, естественно, понимал, что Ся Вань заботится о нём, поэтому сказал: «Я поставлю себя на первое место и вернусь, чтобы поужинать с тобой».
Вернувшись в семью Сун, Сун Чжили увидел перед собой неожиданную сцену.
Очевидно, наступил Новый год, но пол был в беспорядке, а в доме царил хаос, как будто его ограбили.
Сун Иньинь сидела на полу перед диваном с оцепеневшим выражением лица, а Цзян Хань сидела на диване рядом с ней, вытирая слезы салфеткой и плакала.
Сун Чжили взглянул на проходившего мимо слугу и спросил: «Что случилось?»
Слуга выглядел смущённым, но всё же сказал: «Хозяин только что вернулся и поругался с молодой леди. Госпожа Цзян вышла, чтобы уговорить его. Я не знаю, почему, и хозяин просто ушёл».
Сун Чжили снова спросил: «Вы слышали конкретное содержание их ссоры?»
На лице слуги отразилась паника, но он явно не осмелился ответить, поэтому смог лишь повторить тихим голосом: «Я не слышал, я ничего не слышал».
Сун Чжили посмотрела на нее и мягко сказала: «Никто не узнает, что ты мне сказала. Я просто хочу немного подготовиться морально, прежде чем войти».
Услышав это от Сун Чжили, слуга наконец сказал: «Хозяин что-то говорил о деле о сотрудничестве, похоже, он выбрал неправильный адрес развития».
Сун Чжили понял в своем сердце.
Едва войдя в главный зал, Цзян Хань, словно сумасшедший, разбил вазу рядом с собой: «Что ты здесь делаешь? В доме уже два дня царит тишина. К чьей шутке ты хочешь вернуться?»
Сун Чжили привык к сумасшедшему виду Цзян Ханя после каждой ссоры с Сун Цзэ, поэтому он направился прямо к Сун Иньинь и спросил: «Сестра, почему ты так поспешно меня зовешь?»
Сун Иньинь подняла голову, чтобы посмотреть на него; ее глаза были красными, словно налитыми кровью, и спросила: «Ты сделал это нарочно?»
Сун Чжили не ответил прямо, но протянул руку, чтобы помочь Сун Иньинь, его голос был полон беспокойства: «Сестра, давай сначала встанем, а потом поговорим, земля холодная».
Сун Иньинь безжалостно разжала руку Сун Чжили, но на этот раз она уже не произнесла ни слова сомнения, а сказала: «Ты дала мне неправильный план, ты сделала это намеренно».
На лице Сун Чжили отразилось замешательство: «За последние два года сестра возложила на меня слишком много ответственности. Я не знаю, о чём она говорит».
Одного этого предложения было достаточно, чтобы кровь Сун Иньиня застыла в жилах.
Молодой человек, стоявший перед ним, посмотрел на нее самым кротким взглядом, но произнес такие слова, которые жестоко напомнили ей, как она попала сюда в последние несколько лет.
В одно мгновение миражная иллюзия разрушилась.
Боль от пощечины становилась все более и более очевидной, и впервые она осознала, насколько она некомпетентна.
Сун Иньинь протянула руку Сун Чжили, вся ее рука дрожала, и она повторила сквозь стиснутые зубы: «Ты сделала это нарочно, ты сделала это нарочно».
Намеренно помогите ей со всем справиться, намеренно сделайте ее зависимой, намеренно сделайте ее некомпетентной сейчас.
Теперь ей удалось обмануть прошлое, но она даже не осмеливалась подумать о том, сколько данных было подделано или сколько планов не удалось реализовать руками Сун Чжили за последние три года.
А Сун Чжили посмотрела на нее и с жалостью сказала: «Моя сестра только сейчас поняла, что уже слишком поздно».
Конечно да.
Сун Иньинь схватила стакан с журнального столика и разбила его об пол. Она в панике схватила большой осколок, вскочила и ударила Сун Чжили по руке.
А Сун Чжили стоял и не уклонялся, даже медленно приподнял рукава, чтобы Сун Иньиню было легче выплеснуть свой гнев.
Стекло было острым и легко прорезало кожу Сун Чжили, а Сун Иньинь держала его с той же силой.
Следы крови на тыльной стороне его тонких и светлых рук были ослепительны, кровь стекала по тыльной стороне ладони, ладонь Сун Иньиня также была ранена.
Некоторое время по капающей на землю крови было невозможно определить, кто это был.
Увидев, что Сун Иньинь внезапно набросилась на Сун Чжили, как сумасшедшая, Цзян Хань сначала испугался, а потом, отреагировав, тут же вскочил и выхватил осколки стекла из рук дочери, плача и спрашивая: «Иньинь, это так серьёзно. Что ты пытаешься сделать?»
Сун Иньинь чуть не расплакалась, вся дрожа.
Она осознала, что всегда была ниже Сун Чжили и что в его глазах она — муравей.
Сун Иньинь на самом деле умная.
Поэтому в этот момент она внезапно осознала, что у нее может даже не хватить квалификации, чтобы соревноваться с Сун Чжили.
С другой стороны, Сун Чжили слегка нахмурился, убрал руку и сказал: «Сестра, если у тебя плохое настроение, ложись спать пораньше, спокойной ночи».
Как только Сун Чжили вышел из дома Сун, он остановился.
Он оглянулся на дом, но в памяти у него возникла картина того, как он когда-то жил со своей матерью.
К сожалению, такие вещи не длятся долго.
Он снова взглянул на рану на тыльной стороне ладони, и из комнаты послышались крики и ругательства.
Он пробормотал: «Мама, я правильно это делаю? Это правильный путь?»
Конечно, никто не мог ему ответить.
Но Сун Чжили знал ответ.
Он всегда стоял один на грани отчаяния, у него никогда не было выбора, это был единственный путь, по которому он мог идти,
На него упал лунный свет, и на этот раз мальчик больше не колебался и окончательно покинул это место, которое больше не было его домом.
*
Ся Вань никогда не думала, что Сун Чжили так повредит руку, когда вернется.
Ся Вань протянула руку, чтобы прикрыть рот, кожа на ее лице чуть не вытянулась, ей потребовалось некоторое время, чтобы успокоиться.
Глаза Сун Чжили были совершенно беспомощными, и он сказал: «Я же говорил тебе не смотреть на это».
Он не хотел, чтобы кто-то об этом узнал, но он не ожидал, что когда он проходил мимо Цзян Юя, а Лу Юэ собирался подняться наверх, Цзян Юйши внезапно пригласил его поиграть вместе.
Сун Чжили, естественно, отказался, но Цзян Юйши привык небрежно тянуть его, только чтобы получить кровь.
Цзян Юйши уже вынес аптечку из комнаты и быстро подбежал, чтобы открыть ее и передать Ся Ваню, сказав: «Давай посмотрим, можно ли что-нибудь использовать».
Лу Юэ тоже нервно стоял в стороне, на его лице отражалось раскаяние, потому что он не мог помочь.
Ся Вань взяла дезинфицирующее зелье, и ее ресницы слегка дрогнули, когда она взглянула на рану на тыльной стороне руки Сун Чжили.
Это самое шокирующее, но по всей руке еще много мелких ран.
Она немного испугалась и даже не осмелилась взглянуть на него.
Поэтому, когда она помогала Сун Чжили промывать рану, рука, державшая ватный тампон, тоже дрожала.
Она не осмелилась применить силу, опасаясь, что это усилит его боль.
Но Ся Вань сказала, что рану только подчистили: «Вам нужно сходить в больницу и посмотреть, нужны ли швы, иначе могут остаться шрамы».
Сун Чжили не считал это необходимым. Он перенёс гораздо более серьёзные травмы с детства и до зрелости. Просто было немного страшно смотреть, но он хорошо это знал.
Но, увидев обеспокоенное выражение лица Ся Вань, Сун Чжили не смогла ничего сказать в ответ.
Он знал, что если она не пойдет в больницу, то, возможно, почувствует себя не в своей тарелке.
Сун Чжили кивнула.
Вскоре экономка села за руль и отвезла их в ближайшую больницу, за рулем которой была семья Сье.
Как и ожидал Сун Чжили, рана на тыльной стороне его ладони выглядела просто устрашающе и не оказывала на его руку никакого влияния, кроме своей красоты.
После того как Сун Чжили зашила и наложила повязку на рану, они снова встретились в больнице со знакомыми.
Ю Чи Янь закрывал левый глаз, а Се Янь закрывал правый глаз.
довольно симметрично...
Ой, нет, дело не в этом.
Сегодня группа людей занимается разными делами, но в конце концов они встречаются в этой больнице без всякой причины.
в гостиной.
Цзян Юйши спросил: «Так почему же ты тоже здесь?»
И это все еще выглядит как драка, и на лицах обоих людей еще более-менее сохранился цвет лица.
Еще больше Ся Вань не могла понять Се Яня.
То, что с ним произошло недавно, это простое и грубое решение не в его стиле.
Когда Се Янь заметил, что Ся Вань смотрит на него, на лице Се Яня тут же отразилась обида, он взглянул на Юй Чи Янь, а затем быстро взглянул на Ся Вань, как будто она уже вынесла все обиды.
Ся Ван: «…»
У него все еще достаточно сил, чтобы отложить это дело, и, похоже, это не представляет большой проблемы.
На самом деле, это легко сказать. Сегодня Се Янь и Юй Чиянь посетили акушерский осмотр в понедельник и обсудили, как распределять рождённых детей.
Ся Вань сказала, что понимает: «Вы поссорились из-за неравномерного распределения? И что вы сделали потом?»
Се Янь усмехнулся и сказал: «Нет».
Ся Ван: «?»
Тогда почему?
Ну, в этом мире нет ничего самого возмутительного, есть только еще более возмутительное.
Поскольку в понедельник я вообще не была беременна, все предыдущие симптомы были ложными, а контрольный список оказался неверным. Тогда никто не проверил тщательно, что привело к продолжению этой серии улунов.
Выслушав извинения доктора, Се Янь улыбнулся.
Затем он взял ножницы и попросил Ючияна вернуть во вторник все, что не следовало забирать.
Потом они, естественно, подрались, и из вежливости решили выйти и подраться.
Но Се Янь пользовался большой популярностью у животных, и проходившая мимо дикая кошка бросилась к нему и попыталась приблизиться.
Затем Юйчиянь случайно пострадал. Его поцарапала дикая кошка. Поскольку дикая кошка хотела защитить Се Яня, они собирались сделать ему прививку от бешенства прямо сейчас и только что её сделали.
Уголки губ Ся Вань дико дёрнулись. В этот момент она изо всех сил старалась не рассмеяться над Ючи Янь и спросила: «Разве дикая кошка не царапает Ючи? Се Янь, что с тобой?»
Се Янь усмехнулся, как будто пришло время задать этот вопрос.
Он сказал: «Поскольку Ючиян укусил меня, он сказал, что если заразится бешенством, то умрет вместе со мной».
Каждый: "…"
Я могу себе представить эту картину.
Ся Вань была очень заинтересована в том, чтобы Се Яня укусили, поэтому она села рядом с ним и попросила показать ей рану.
Се Янь показала руку, и, похоже, она не сильно пострадала. В тот момент Юйчи Янь, должно быть, действительно боялась, что на улице Хуанцюань будет слишком одиноко, и была полна решимости утащить Се Янь за собой.
Ся Вань протянула руку, коснулась его и спросила: «Больно?»
Се Янь сказал: «Это больно, если только ты...»
"Хлоп-"
Прежде чем Се Янь успел закончить говорить, какой-то звук привлек всеобщее внимание.
Сун Чжили стоял неподалеку и с несколько растерянным выражением лица смотрел на упавший на землю стакан воды.
Он поднял обмотанные руки, словно цзунцзы, и сказал извиняющимся тоном: «Извините, я просто хочу налить вам воды».
Ся Вань поспешно встала и подошла, в ее голосе слышалось явное беспокойство: «Не двигайся, дай мне подойти».
Глаза встречаются.
Лицо Се Яня не выражало никаких эмоций.
Сун Чжили мягко улыбнулась.
Когда Цзян Юйши смотрел на них, он всегда чувствовал, что в атмосфере что-то не так.
Автор говорит:
«Конференция аншлагов»
Спасибо маленькому ангелочку, который голосовал за меня или поливал питательным раствором в 2022-08-1400:34:24~2022-08-1423:35:53~
Спасибо маленьким ангелам, которые бросали мины: Чао Суйсуй, Цин Ло, Гранат без косточек, Библиотекарь, 1 Шарик Лили Ли Цзян Ми;
Спасибо маленькому ангелу, который орошал питательный раствор: Харуми. 36 бутылок; Лилили **** рис **** 29 бутылок; Токи нить, хорошо быть живым, гранат без косточек, я люблю Леши, Хуамяньヾ, Жань Жань, Гунцзы Цыси 20 бутылок; 15 бутылок снежных змеев; жена Луеюаня, Дора А Мэн, южная кунжутная паста, глава полка румяных кружев, маленький поезд, беглые свечи Хогвартса, Сяо Фань Ай ест, Яя, Дэн Юньсян 10 бутылок Юэшушу, персиковые конфеты, Сиси; 417576667 бутылок; 6 бутылок Цинлуо; У, Сяои, Айбай, Тулиджу, Иньсяфэнчжи, ЯНШУ, Цзюньинь, Аван, Чэнхуэй, Ажен Чжэньчжэнь Чжэньчжэнь, Шэнь Синь, Сюйсуй 5 бутылок; Подметальная машина храма Шаолинь, Цзяньси и т. д. 4 бутылки Midsummer Stars; Сюэло, Эхо., Чжицзю., Е Цзыцин 3 бутылки; Пухлый толстый кролик, ноги длиной 1,8 метра, и 2 бутылки чаепития Юэ Юцана; Йе Йе, А Мяо Туо Будда, ХУЙ, Ши Сяо Цянь Цю Я, Хуэй Цанси, Эр Ха Но Ме Эр, Ши Сяо, Цяо Цяо нет в сети, Нань Ци, Тихо-Не Тихо, Бай Цзюэ, Ли Шан (づ ●─●)づ, какого черта, погоня за воздушным змеем, а не гу 1 бутылка;
Большое спасибо за вашу поддержку, я буду продолжать усердно работать!
