Глава 319 Солдаты
Чжао Ханьчжан вывел из города 200 человек, а когда вернулся, привёл более 1000. Лян Хун, услышав эту новость, выбежала и была ошеломлена, увидев людей, вернувшихся за ней: «Это…»
«Жители деревни Хоушаньгоу, уездный судья позвонил Личжэну из Хоушаньгоу. Я хочу его увидеть. Также найдите для меня документы на землю и регистрацию домовладения в Хоушаньгоу».
После обсуждения с Фу Тинханем Чжао Ханьчжан принял решение разместить войска в Хоушаньоу.
Разведчики, посланные Фу Тинханем, оказались очень полезными. Они осмотрели местность, Фу Тинхань составил карту для Чжао Ханьчжана, а также с помощью глины и песка смоделировал для Чжао Ханьчжана простую местность.
Это естественное место, подходящее для размещения войск.
Фу Тинхань установил небольшой флаг на официальной дороге, ведущей из Хоушаньгоу: «Видели? Его легко защищать, но трудно атаковать, но он занимает важное стратегическое положение. Если вы построите отсюда дорогу, то увидите Хаоян, Суйпин и Цюэшань. Он связан с Бияном».
Глаза Чжао Ханьчжана сияли: «Отсюда вы сможете отражать натиск всех вражеских войск. Точно так же, охраняя эту точку, вы сможете воздвигнуть заслон для трёх округов позади».
Она была взволнована: «Самое лучшее, что здесь есть котловина с большой площадью сельскохозяйственных угодий, поэтому военные могут обустраивать здесь свои поля».
Фу Тинхань кивнул: «Я могу рассчитать численность твоих войск, исходя из площади обрабатываемых земель, но ты уверен, что этот участок земли твой?»
Чжао Ханьчжан поднял губы и сказал: «Конечно, я сказал «да».
Чжао Ханьчжан махнул рукой и окружил район Хоушаньоу, создав военный лагерь. Никто в уездном правительстве не осмелился возразить, и даже ни один чиновник из уезда Жуньань не выступил против неё.
К сожалению, за последние два года семьи Го и Ма последовательно приобрели здесь плодородные земли. В этот раз Чжао Ханьчжан обошел их земли. Поскольку их было немного, они закрыли на это глаза и не заметили.
Господин Го также боялся Чжао Ханьчжан. Она никогда не отдавала предпочтения ни одному из них, поэтому, купив 1200 ши зерна у господина Ма, она также купила 800 ши зерна у господина Го.
Деньги и ткани, конфискованные в офисе окружного магистрата, были израсходованы, остались только некоторые сокровища, которые было нелегко реализовать.
Из-за ее силы и бесстыдства, а также из-за того, что вскоре из Сипина прибудут две ее команды, никто в уезде Биян не осмеливался возражать ей, и семьям Го и Ма пришлось на время избегать ее.
Поскольку семьи Го и Ма знают свои интересы, Чжао Ханьчжан не может позволить им страдать.
Она нашла запись об изменении права собственности на землю, а затем нашла продавца плодородной земли. Спросив о цене, она щедро предложила 10% от цены, а затем отправила деньги на покупку земли семьям Го и Ма.
Семья Го и семья Ма: …
Им ли не хватает этих денег?
Купив эту плодородную землю, они снова и снова снижали цену. Даже если они подняли её на 10%, она всё равно была очень низкой.
Эта сумма денег ничего не стоит не только Чжао Ханьчжану, но и семьям Го и Ма, ведь ее хватит всего лишь на несколько приемов пищи.
Вместо того чтобы думать о деньгах, пусть Чжао Ханьчжан примет их любовь.
К сожалению, Чжао Ханьчжан проявил справедливость и не дал им такого шанса.
Разрешив проблемы военного лагеря, Чжао Ханьчжан начала отбирать людей, которые останутся. Она не планировала, чтобы многие жители деревни Хоушаньгоу остались в Хоушаньгоу.
Две трети солдат и лошадей должны были быть переведены из Сипина, в то время как Чжао Ханьчжан перевел людей из Хоушаньоу обратно в Сипин.
Но Чжао Ханьчжан не хотела, чтобы Вэй Даи оставался одиночкой. Она великодушно оставила ему всех своих доверенных лиц и позволила ему стать руководителем группы. Почти половина приведённых им подчинённых были его бывшими, и он пользовался большой популярностью в доме. Выполняйте его приказы.
Чжао Ханьчжан не хотела сейчас соперничать с подчиненными ей солдатами за контроль над ними. По её мнению, они были способными и могли подчиняться её приказам.
А узнали ли ее солдаты или ее капитана, бригадира или владельца здания, ее это не волновало.
Она такая щедрая!
Даже Вэй Даи считал её очень щедрой, поэтому он не мог не сказать своим приближенным: «Я не ожидал, что она позволит нам быть вместе. Я думал, она разрушит всё и разбросает нас по разным армиям».
Молодые люди также были очень тронуты, и все они сказали: «Похоже, брат Фэн прав, женщина-губернатор легко может быть мягкосердечной».
Вэй Даи покачал головой и вздохнул, покачав головой: «Я гораздо более вдумчивый и добросердечный, чем мужчины. Не знаю, хорошо это или плохо».
«Как это может быть плохо?»
«Да, да, люди наверху милосердны, разве это не хорошо для нас?»
Вэй Даи был более осведомлен, покачал головой и сказал: «Хотя я не читал эту книгу, я слышал от некоторых способных ученых, что если хочешь стать генералом или тем, кто совершает великие дела, тебе не следует быть слишком сострадательным».
Он сказал: «Сострадательный человек не может возглавлять армию. Я подумал, что было бы хорошо последовать за ней. Она смогла убить судью Ху сразу же после их встречи. Видно, что она безжалостный человек. Последователи за ней, безусловно, добьются лучшего будущего».
«Но в этот период она действительно добра, а не притворяется», — нахмурилась Вэй Даи. «Я одновременно счастлива и обеспокоена. Я рада, что последовала за хорошим учителем, и волнуюсь, что она не сможет уйти далеко. Мы снова потеряемся».
«Нет, нет?»
Чжао Ханьчжан долгое время оставался в уезде Биян и не слишком много занимался делами уезда. Главным делом было обучение войск и подготовка к войне.
Кроме того, он занимается делами губернатора округа.
Занимаясь деятельностью на открытом воздухе, Цзи Юань просто посылала кого-то, чтобы передать ей официальные документы, и группа людей выходила каждый день, поэтому Чжао Ханьчжан ежедневно хранила официальные документы.
Хотя она находится в уезде Биян, она в основном в курсе дел канцелярии уездного губернатора. Цзи Юань не только отправляет ей официальные документы, требующие принятия решения, но и прикладывает письмо с пояснениями к документам, которые он уничтожил. Это позволяет ей лучше понять ситуацию в уездах уезда Жуньань.
Таким образом, уезд Жунан теперь является действующим офисом, а губернатор уезда перемещается вместе с Чжао Ханьчжаном.
Чжао Ханьчжан оставался там до осеннего сбора урожая, Вэй Даи и другие были отправлены обратно в Сипин одного за другим, а большой отряд войск также был отправлен из Сипина для размещения гарнизона в Хоушаньоу.
После того, как солдаты и лошади были размещены, первым делом они спустились на землю, чтобы срезать фасоль. После срезания фасоли им предстояло срезать рис. Солдаты из Сипина быстро поладили с бандитами и жителями деревни Хоушаньоу. Гармония.
В основном это связано с желанием Чжао Ханьчжана участвовать в различных конкурсах, а также... в свиданиях вслепую.
Поэтому холостяки, приехавшие из Сипина, с таким энтузиазмом бросились в строительство и обучение уезда Биян.
Чжао Ханьчжан, в соломенной шляпе и с серпом в руке, выпрямился, посмотрел на желтый и оранжевый рис, коснулся своей спины и сказал: «Это действительно утомительнее, чем заниматься боевыми искусствами».
Солдат прибежал на лошади, спрыгнул с лошади, подбежал к краю поля, снял с себя поклажу, побежал по полю и отдал ее Чжао Ханьчжан: «Девушка, сегодня срочный официальный документ».
Услышав это, Чжао Ханьчжан протянул руку, чтобы взять документ. Срочный документ лежал сверху. Цзи Юань, вероятно, написала на нём слово «срочно», опасаясь, что не сможет его прочитать.
Увидимся завтра
(конец этой главы)